НОВОСТИ УКРАИНСКОЙ ПСИХИАТРИИ
Более 1000 полнотекстовых научных публикаций
Клиническая психиатрияНаркологияПсихофармакотерапияПсихотерапияСексологияСудебная психиатрияДетская психиатрияМедицинская психология

ЧАСТОТА ВСТРЕЧАЕМОСТИ И КЛИНИКО-ПСИХОПАТОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ТРЕВОЖНОЙ И ДЕПРЕССИВНОЙ СИМПТОМАТИКИ НЕВРОТИЧЕСКОГО И ДЕЗАДАПТАЦИОННОГО ГЕНЕЗА У ЛИЦ МОЛОДОГО ВОЗРАСТА, ОТБЫВАЮЩИХ НАКАЗАНИЕ В МЕСТАХ ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ

К. Р. Брагина

* Публикуется по изданию:
Брагина К. Р. Частота встречаемости и клинико-психопатологические особенности тревожной и депрессивной симптоматики невротического и дезадаптационного генеза у лиц молодого возраста, отбывающих наказание в местах лишения свободы // Архів психіатрії. — 2004. — Т. 10, № 3. — С. 64–66.

Введение. Статистические данные свидетельствуют о том, что в силу различных жизненных обстоятельств приблизительно у 30% взрослого населения возникают непродолжительные депрессивные и тревожные эпизоды непсихотического уровня, из которых диагностируются не более 5% случаев [2, 3]. Пребывание в условиях лишения свободы за совершённое правонарушение уже само по себе является мощным психогенным фактором, способствующим развитию психических расстройств. Согласно имеющимся данным, у 87% осуждённых, отбывающих наказание в местах лишения свободы на территории Украины, обнаруживаются различные психические нарушения пограничного уровня, при этом половину из них составляют лица до 35 лет [1, 4, 5]. Вопросы, касающиеся аффективных, невротических и адаптационных расстройств у осуждённых молодого возраста в литературе освещены недостаточно — встречаются лишь единичные и разрозненные сведения.

Вышеизложенное определяет актуальность данной работы, целью которой явилось изучение клинико-эпидемиологических и клинико-психопатологических особенностей тревожных и депрессивных расстройств у лиц молодого возраста, находящихся в исправительно-трудовых учреждениях.

Задачи исследования: определение частоты встречаемости тревожной и депрессивной симптоматики невротического и дезадаптационного генеза у лиц молодого возраста, находящихся в местах лишения свободы, выяснение их клинико-психопатологической структуры и условий возникновения.

Материалы и методы. Объектом исследования были 62 заключённых — мужчины в возрасте от 18 до 25 лет, отбывающих наказание в исправительной колонии общего режима.

В ходе работы были использованы следующие методы: анамнестический, клинико-психопатологический, экспериментально-психологический и статистический. Исследование проводили в два этапа. Первый этап в форме скрининга с использованием шкалы тревожности Спилбергера–Ханина и шкалы депрессии (SCL-90), что позволило выделить круг лиц с тревожными и депрессивными расстройствами. На втором этапе заключённых с обнаруженными завышенными показателями по скрининговым шкалам целенаправленно интервьюировали, изучали их анамнез, проводили углублённое экспериментально-психологическое исследование (включавшее в числе других методик шкалу тревоги Гамильтона, шкалу гипотимии, СМОЛ) с последующей обобщающей клинико-психопатологической оценкой каждого случая и установлением клинического диагноза в соответствии с МКБ-10.

Результаты исследования. Согласно данным анамнестического исследования, средний возраст обследованных заключённых составил 21,3 года. 53,23% лиц осуждены за кражу личного имущества граждан, 20,97% — за изготовление, приобретение, хранение, перевоз наркотических либо психоактивных веществ без цели их реализации, 11,29% — за разбой, 8,06% — за кражу государственного имущества, 4,84% — за убийство, 4,4% — за грабёж. Половина обследованных (49,97%) до правонарушения проживали в сельской местности, 21% — в районных центрах, 29,03% — в областных центрах. 46,77% осуждённых выросли в семьях рабочих, 19,35% — в семьях работников сельского хозяйства, 3,23% — из семей служащих, у 8,06% — родители занимались частным бизнесом; 19,35% обследованных воспитывались в интернате; у 3,23% — родители на момент обследования пребывали в местах лишения свободы. 1,61% опрошенных имеют образование 4–6 классов средней школы, 46,77% — закончили 9 классов, 14,52% — 11 классов; 3,23% — выпускники ПТУ, 30,64% — техникумов, 1,61% лиц до осуждения обучались в вузе.

Как показало клинико-психопатологическое исследование, только в 9,68% случаев правонарушители не обнаружили каких-либо признаков тревоги и (или) депрессии. Из них лишь у 1,61% — выявлена высокая эмоциональная устойчивость. В ходе исследования была выделена дополнительная группа, специфичная для данного контингента, — лица, у которых имела место аггравация своего состояния (12,9%). У заключённых этой группы проявления тревоги и (или) депрессии по скрининговым шкалам были крайне высокими, но в ходе собеседования обнаружилось несоответствие между показателями скрининга и их реальным психическим состоянием. Наличие значительного усиления имеющейся у них симптоматики также подтверждалось крайне высоким показателем (более 70) по шкале аггравации (шкала F) теста СМОЛ.

Остальные правонарушители (77,42% случаев) с повышенными показателями тревоги и (или) депрессии по скрининговым шкалам были распределены на 3 группы. В 1-ю группу вошли 8,06% заключённых (от общего числа обследованных), у которых диагностировано состояние повышенного риска развития тревожных и депрессивных расстройств. У них определены повышенные показатели по шкалам тревоги и (или) депрессии, но без отчётливой аффективной симптоматики при клинико-психопатологическом обследовании. Вместе с тем они отмечали выраженное внутреннее напряжение, что сопровождалось потребностью в постоянной мобилизации и повышенном самоконтроле. Во 2-ю группу включены лица (25,81%) с тревожными и депрессивными расстройствами субсиндромального (субклинического) уровня. У них имелись отдельные проявления тревоги и (или) депрессии, которые по степени выраженности не укладывались полностью в клинически очерченные психопатологические синдромы. В 3-ю группу вошли лица с клинически чётко оформленными синдромами тревоги и депрессии, соответствующими стандартам МКБ-10. Эта группа оказалась самой многочисленной — 43,54% (27 человек).

Результаты углублённого общемедицинского обследования и анамнестического анализа показали, что у 66,67% лиц 3-й группы аффективная симптоматика развилась на резидуально-органическом фоне. У 59,26% из них в прошлом имели место повторные (33,33%) или единичные (25,93%) черепно-мозговые травмы (ЧМТ). В 48,14% в анамнезе выявлены тяжёлые инфекционные заболевания с неврологическими осложнениями. Зависимость от психотропных средств установлена у 29,63% лиц: у 7,41% — от алкоголя, у 22,22% — от наркотических средств; на момент осмотра у них констатировано, согласно МКБ-10, «воздержание, но в условиях, исключающих употребление» (F1x.21). В 40,74% случаев резидуально-органическая симптоматика имела сложное, сочетанное происхождение: перенесённые в различные периоды жизни ЧМТ и инфекционное заболевание (18,52%); сочетание последствий ЧМТ и зависимости от наркотических веществ либо алкоголя (7,41%), воздействие в течение жизни всех названных патогенных факторов (14,81%).

В целом, диапазон эмоциональных расстройств у заключённых (согласно оценкам методики «Структура гипотимии») имел следующий спектр: страх (79,4%), апатия/ангедония (77,4%), тревога (71,2%), тоска (60,4%), агрессия (60%), чувство вины (59,6%), разочарование (58,4%), обида (55,8%). В группе риска по степени выраженности преобладали: ангедония/апатия (3 балла), страх (2,8 балла) и чувство вины (2,6 балла); в наименьшей степени было выражено чувство обиды (0,6 балла). Во 2-й и 3-й группах на первый план соответственно выступали: страх (4,25 и 4,4 балла), ангедония/апатия (3,6 и 4,3 балла), тревога (3,56 и 3,7 балла). Как видно, у значительной части лиц, находившихся при обследовании в местах лишения свободы, присутствовало в различной степени выраженности чувство страха, которое занимало доминирующее положение в переживаниях и сочеталось с тревогой, депрессией или иными эмоциональными девиациями.

В психопатологической структуре аффективных нарушений субклинического (субсиндромального) уровня выделены следующие симптомокомплексы: тревожный (18,75%), тревожно-депрессивный (43,75%) и депрессивно-тревожный (37,5%). По результатам шкалы Спилбергера–Ханина повышенный уровень личностной тревоги имел место у всех заключённых данной группы, а в 50% случаев он сочетался с реактивной тревогой, при этом последняя по степени выраженности доминировала над личностной тревогой у 12,5% обследованных.

В 3-й группе тревожный синдром выявлен у 11,11%, тревожно-депрессивный — у 22,22%, депрессивно-тревожный — у 66,67%. Завышенные показатели по шкале личностной тревоги обнаружены у всех лиц данной группы, при этом в 74,07% случаев они сочетались с реактивной тревогой. Клинико-нозологическая оценка расстройств в этой группе позволила распределить их на: тревожные и депрессивные реакции как проявление невротических расстройств (20 случаев) и тревожные и депрессивные реакции как проявление расстройств адаптации (7 случаев). Согласно стандартам МКБ-10 диагноз генерализованного тревожного расстройства (F41.1) установлен у 3 (11,11%) человек, смешанного тревожно-депрессивного расстройства (F41.2) — у 17 (62,96%), расстройства адаптации (F43.2) — у 7 (25,93%). Невротические, тревожные и депрессивные реакции, в отличие от расстройств адаптации, сопровождались различными вегетативными проявлениями: гипергидрозом (93,3%), тахикардией (90%), мышечным напряжением (88,89%), учащённым мочеиспусканием (77,78%), чувством сдавления и сжатия в груди, удушьем (74,07%), изменением перистальтики кишок (63%) и нарушениями сна (89%).

Таким образом, проведённое исследование позволило сделать следующие выводы.

  1. У значительной части лиц молодого возраста, находящихся в местах лишения свободы, имеют место различной степени выраженности тревожные и (или) депрессивные расстройства, что свидетельствует о необходимости их своевременного распознания и разработки адекватных методов психокоррекции и психопрофилактики.
  2. Выявленные у правонарушителей тревожные и (или) депрессивные нарушения клинического (синдромального) уровня по численности значительно преобладают над субклиническими (субсиндромальными).
  3. Высокая частота возникновения тревожных и (или) депрессивных нарушений клинического (синдромального) уровня в значительной части случаев связана, на наш взгляд, с наличием резидуального церебрально-органического фона, который затрудняет динамику и качество нервных процессов, и, следовательно, адаптацию осуждённых к новым ситуациям и нагрузкам, что, в свою очередь, способствует развитию аффективной патологии.

Литература

  1. Кожина А. М. Структура психических расстройств у подростков, находящихся в местах лишения свободы // Український вісник психоневрології. — 2002. — Т. 10, вип. 1. — С. 124–125.
  2. Латчман Н. Депресія у терапевтичних хворих в первинній ланці загальномедичної допомоги (діагностика, лікування, профілактика). — Автореф. дис. … канд. мед. наук. — Київ, 2003. — 21 с.
  3. Напрєєнко О. К. Депресії та тривога в загальномедичній практиці (соціальні, діагностичні та лікувально-профілактичні аспекти) // Вісник психіатрії та психофармакотерапії. — 2002. — № 1. — С. 7–12.
  4. Несен О. А. Пограничные психические расстройства у молодых лиц, находящихся в местах лишения свободы (диагностика, коррекция и профилактика). — Автореф. дис. … канд. мед. наук. — Харьков, 2001. — 23 с.
  5. Пенитенциарная система Украины // Служба безопасности. — 2000. — № 1. — С. 16–18.


© «Новости украинской психиатрии», 2004
Редакция сайта: editor@psychiatry.ua
ISSN 1990–5211