НОВОСТИ УКРАИНСКОЙ ПСИХИАТРИИ
Более 1000 полнотекстовых научных публикаций
Клиническая психиатрияНаркологияПсихофармакотерапияПсихотерапияСексологияСудебная психиатрияДетская психиатрияМедицинская психология

ПЕРВИЧНЫЙ СТРАХ, ТРЕВОГА И БРЕДОВОЕ НАСТРОЕНИЕ

Ю. Ю. Чайка

* Публикуется по изданию:
Чайка Ю. Ю. Первичный страх, тревога и бредовое настроение // Український вісник психоневрології. — 2002. — Т. 10, вип. 2. — С. 149–150.

* Доклад на II Национальном конгрессе неврологов, психиатров и наркологов Украины «Психоневрология XXI века» (Харьков, 11–14 июня 2002 г.).

В настоящее время в психопатологической дефиниции феноменов первичного страха и тревоги существуют определённые противоречия. Под страхом понимается аутохтонное чувство неопределённой угрозы для жизни, здоровья и социального благополучия индивида, проецируемое на конкретные объекты [3, 5]. Тревога, в отличие от страха, является неопределённым, беспредметным чувством опасности, направленным в будущее [3, 5]. Однако, В. М. Блейхер, определяя беспредметное чувство, указывает, что оно не вообще лишено содержания, а характеризуется лишь его неопределённостью [3]. А В. А. Жмуров указывает, что страх — это диффузная протопатическая эмоция, проецируемая на весь окружающий мир [5]. По А. В. Снежневскому, страх отличается от тревоги степенью выраженности аффектов [9]. Согласно К. Ясперсу, существует две формы страха: 1) предметное чувство угрозы и 2) чувство тотальной трансформации, как одна из форм переработки психоза [12] («отчаяние» по В. Майер-Гроссу [7]). К. Шнайдер определяет страх как немотивированную эмоцию и относит его к «аномальным реакциям на события» [11]. Ф. Риман считает страх экзистенциальным, эпизодически осознаваемым общечеловеческим феноменом [8].

Как известно, чувства страха и тревоги входят в структуру описанного К. Ясперсом бредового настроения — «феноменологически первичного, не выводимого образования» [12, с. 651]. Бредовое настроение характеризуется «смысловой лабильностью» [1, 13], чувством неопределённого страха, тревоги, переживанием опасности и враждебности [3, 5, 9, 11].

При проведении настоящего исследования мы поставили перед собой цель — уточнить структуру и роль первичного страха и тревоги в формировании бредового настроения.

Исследование основано на феноменологическом методе Э. Гуссерля, согласно которому сознание человека двухслойно и включает в себя две структуры: чувственное восприятие какого-либо объекта (объектные чувства) и сам переживаемый объект, его смысл (интенция — по Э. Гуссерлю) [4]. В настоящей работе феноменологический метод применён для исследования символических форм. Методика исследования клинико-патопсихологическая: проведена интерпретация символической живописи [10]. В качестве символа страха выбрано изображение «монстра», тревоги — «пейзажа», то есть символа «мирового пространства» [2].

Проанализированы симптомы страха и тревоги у 71 больного параноидной эпизодической шизофренией с неполной ремиссией (неврозоподобная симптоматика, по МКБ-10 F20.04). Набрано три группы. В первую группу вошли 34 больных, страдающих параноидной шизофренией со стабильным дефектом (F20.02 — благоприятный тип, перенесённые приступы преимущественно аффективно-бредовые), во вторую — 37 больных шизофренией с нарастающим дефектом (F20.01 — неблагоприятный тип, перенесённые приступы преимущественно галлюцинаторно-параноидные). Пациенты, вошедшие в исследуемые группы, статистически сопоставимы по количеству перенесённых приступов (2,88±0,73 и 4,17±0,62; t = 1,4; p > 0,05), длительности заболевания (6,99±3,8 и 10,58±2,93; t = 0,75; p > 0,05) и возрасту (31,08±2,68 и 34,9±3,17 лет, t = 0,92; p > 0,05). Третья группа — контрольная, состояла из 38 «психически здоровых» лиц. Исследуемые и контрольная группы статистически сопоставимы по основным демографическим критериям (пол мужской, возраст 34,2±0,89 и 32,65±1,27 лет, t = 1,1; p > 0,05).

Анализ структуры эмоции страха показал, что у больных шизофренией она состоит из трёх объектных чувств: внешней угрозы, растерянности и беззащитности (в контрольной группе не выявлено чувство растерянности). Объектно, во всех трёх группах, эмоция страха представлена пятью интенциями (смыслами): «агрессией Социума», «угрозой Всеобщего», «деструкцией Всеобщим», «деструкцией из-за болезни» и «деструкцией из-за трансформации». При благоприятном типе шизофрении, по сравнению с контрольной группой, возрастает интенция страха «деструкции Всеобщим» (χ2 = 1,89, 0,2 < p < 0,1). При неблагоприятном типе превалируют интенции страха «деструкции из-за болезни» (χ2 = 1,29, 0,3 < p < 0,2) и «деструкции из-за трансформации» (χ2 = 5,29, 0,02 < p < 0,01). При этом роль таких смысловых объектов страха, как «агрессия Социума», снижается (χ2 = 5,78, 0,02 < p < 0,01), а «угроза Всеобщего» не изменяется (χ2 = 0,87, p < 0,05). Анализ полученных результатов показывает, что переживание «внешней угрозы» (персекуторности) в структуре эмоции страха у больных шизофренией, по сравнению с психически здоровыми лицами, не изменяется. В зависимости от степени прогредиентности процесса происходит расширение смысловой основы страха с ростом аутодеструктивных тенденций в следующей последовательности: «Я и Всеобщее» — «Я и моя болезнь» — «Моя трансформация». Таким образом, правомерно заключить, что страх не определяет формирование первичного бредового феномена, а через эту эмоцию происходит переработка деструктивных психотических переживаний. Возрастание же интенсивности эмоции страха при шизофрении может быть объяснено увеличением количества объектных чувств.

Анализ структуры эмоции тревоги показал, что она состоит из пяти объектных чувств: внутреннего напряжения, внутреннего беспокойства, неуверенности, принуждения и внешней угрозы (в контрольной группе выявлены только чувства беспокойства и неуверенности). Объектно эмоция тревоги во всех трёх группах представлена четырьмя интенциями (смыслами): «восстановленным», «неопределённым из-за совершённой ошибки», «негативным из-за изоляции» и «угрожающим из-за социальной агрессии» будущим. Таким образом, правомерно предположить, что феномен тревоги фактически является переживанием проблематичности социального функционирования. При благоприятном типе шизофрении, по сравнению с контрольной группой, возрастает интенция «неопределённого будущего» (χ2 = 2,77, 0,1 < p < 0,05). При неблагоприятном типе, кроме того, возрастают интенции «негативного» (χ2 = 3,87, 0,05 < p < 0,02) и «угрожающего» (χ2 = 4,28, 0,05 < p < 0,02) будущего. Анализ полученных результатов показывает, что переживание внешней угрозы (персекуторности) в структуре эмоции тревоги у больных шизофренией, по сравнению с психически здоровыми лицами возрастает. При этом по мере нарастания прогредиентности процесса смысловая основа персекуторных тенденций расширяется в следующей последовательности: «Моя ошибка (то есть вина)» — «Изоляция» — «Агрессия извне». Таким образом, правомерно заключить, что симптом тревоги входит в смысловую структуру первичного бредового феномена в виде переживания проблематичности адекватного социального функционирования «из-за совершённой ошибки — вины». Следовательно, бредовое настроение может определяться переживанием дефицита социального функционирования из-за излишней актуализации первичной (экзистенциальной) вины.

Подводя итог проведённому исследованию, необходимо отметить, что симптом тревоги, в отличие от страха, входит в смысловую структуру «первичного» бредового настроения в виде переживания проблематичности социального функционирования. При этом, в зависимости от степени прогредиентности процесса, происходит расширение смысловой основы персекуторных тенденций: от скрытой угрозы из-за экзистенциальной вины до прямой агрессии социумом. Симптом же страха является, по всей видимости, компенсаторным механизмом, через который происходит переработка психотических аутодеструктивных тенденций.

Таким образом, основываясь на результатах проведённого исследования, мы берём на себя смелость предложить следующую гипотезу. В основе «смысловой лабильности» [1] бредового настроения лежит первичная (экзистенциальная) вина. Следовательно, по крайней мере, сенситивное бредообразование формируется как реакция на чрезмерную актуализацию экзистенциальной вины, переживаемой в виде тревоги из-за утраты социальных контактов. Страх же является компенсаторным феноменом, через который происходит переработка конкретного психотического содержания.

В заключение следует отметить, что исходя из полученных результатов, известные теоретические построения школы «психиков» о моральной причинности психозов [6] не лишены основания.

Литература

  1. Аккерман В. И. Механизмы первичного шизофренического бреда. — Иркутск: ОГИЗ, 1936. — 133 с.
  2. Биддерман Г. Энциклопедия символов / Пер. с нем. — М.: Республика, 1996. — 335 с.
  3. Блейхер В. М., Крук И. В. Толковый словарь психиатрических терминов: В 2 т. — Ростов-на-Дону: Феникс, 1996. — Т. 1. — 480 с.; Т. 2. — 448 с.
  4. Гуссерль Э. Картезианские размышления / Пер. с нем. — СПб: Наука: Ювента, 1998. — 315 с.
  5. Жмуров В. А. Психопатология: В 2 т. — Иркутск: Иркутский университет, 1994. — Т. 1. — 240 с.; Т. 2 — 304 с.
  6. Каннабих Ю. В. История психиатрии. — Л.: Государственное медицинское издательство, 1936. — 520 с.
  7. Майер-Гросс В. Схизофрения: Руководство по психиатрии / Сокращ. пер. с нем.; Под ред. О. Бумке. — М.: Государственное медицинское издательство, 1933. — С. 58–67.
  8. Риман Ф. Основные формы страха / Пер. с нем. — М.: Алетейа, 1998. — 336 с.
  9. Снежневский А. В. Общая психопатология: Курс лекций. — М.: Медпресс-информ, 2001. — 208 с.
  10. Чайка Ю. Ю. К построению личностно-смысловой проективной методики // Український вісник психоневрології. — 1999. — Т. 7, вип. 1. — С. 120–122.
  11. Шнайдер К. Клиническая психопатология / Пер. с нем. — Киев: Сфера, 1999. — 236 с.
  12. Ясперс К. Общая психопатология / Пер. с нем. — М.: Практика, 1997 — 1056 с.
  13. Conrad K. Симптоматические психозы. Клиническая психиатрия / Пер. с нем. — М.: Медицина, 1967. — С. 249–346.


© «Новости украинской психиатрии», 2003
Редакция сайта: editor@psychiatry.ua
ISSN 1990–5211