НОВОСТИ УКРАИНСКОЙ ПСИХИАТРИИ
Более 1000 полнотекстовых научных публикаций
Клиническая психиатрияНаркологияПсихофармакотерапияПсихотерапияСексологияСудебная психиатрияДетская психиатрияМедицинская психология

ХАРАКТЕРИСТИКА СОМАТИЧЕСКИХ НАРУШЕНИЙ ПРИ УПОТРЕБЛЕНИИ α-АМИНОКЕТОНОВЫХ СТИМУЛЯТОРОВ

Р. Б. Брагин, А. И. Брагина

* Публикуется по изданию:
Брагин Р. Б., Брагина А. Б. Характеристика соматических нарушений при употреблении α-аминокетоновых стимуляторов // Роль сосудистого фактора в генезе нервных и психических заболеваний: Сборник научных трудов. — Харьков, 1988. — С. 59–63.

Систематическое употребление психостимуляторов фенилалкиламинового ряда приводит к разного рода соматическим нарушениям. Более известны с этой стороны фенамин, первитин и близкие к ним препараты [1–3]. В последние годы внимание клиницистов и экспериментаторов привлекли ещё два представителя фенилалкиламинов — эфедрон и катинон (алкалоид листьев ката), что связано прежде всего с их наркотическими свойствами.

Эфедрон обрёл распространённость в наркоманической среде около 5 лет тому. Его получают с помощью специальной обработки эфедрина [4, 5], приводящей к его окислению. Жевание листьев ката является многовековой традицией ряда регионов Восточной Африки и Южной Аравии [6, 7], однако основное психотропное вещество катинон (α-аминопропиофенон) определено в природном катиноне относительно недавно [8] и рассматривается как окисленный норпсевдоэфедрин [9]. Оба вещества (эфедрон и катинон) по свои фармакологическим свойствам относятся в классификации стимуляторов [10] к «мобилизующим» стимуляторам фенаминового типа. Вместе с тем эти же вещества могут рассматриваться как особая группа фенилалкиламинов, так как (в отличие от соответствующих им первитина и фенамина) они имеют в алкиловой цепочке кетоновый радикал, т. е. являются α-аминокетонами.

Подобную попытку рассмотрения проблем, связанных с жеванием ката и со злоупотреблением эфедроном, через принадлежность этих веществ к аминокетонам, мы не встретили в литературе. Правда, в более ранних фармакологических публикациях эфедрон и норэфедрон (α-аминопропиофенон) рассматривали и сопоставляли как α-аминокетоны. Было установлено, что эфедрон и норэфедрон по своему возбуждающему действию уступают соответственно первитину и фенамину приблизительно в 2 раза [11] и проявляют меньший вазопрессорный эффект, чем эфедрин и норэфедрин [12]. Все перечисленные особенности эфедрона и норэфедрона, как и их сниженное анорексигенное и токсическое действие, связывают с наличием в их структуре кетонового радикала [13]. Современное фармакологическое изучение природного катинона показывает, что он не более активен, чем рацемический, т. е. норэфедрон [14] обладает аноректическими свойствами [15, 16], а в отношении токсичности близок к фенамину [16].

Наш восточно-африканский и восточно-европейский материал включает две группы больных: лиц, систематически жевавших кат от 2 до 30 лет и более (116 человек), и лиц, злоупотреблявших эфедроном от 1 до 5 лет (17 человек). Все больные — мужского пола. Возраст у потребителей ката — от 18 до 53 лет, а у страдающих эфедроновой наркоманией — от 17 до 32 лет. У пациентов оценивали общее физическое состояние и функционирование отдельных систем. У части больных проведено углублённое обследование с привлечением специалистов различного профиля. О некоторых наших результатах изучения соматофизического состояния лиц, страдающих катизмом, уже сделан ряд сообщений [17–19]. В данной работе собственные данные дополнены информацией врачей других специальностей (хирургов и анестезиологов).

Первая группа больных реже обращалась непосредственно к психоневрологу, а чаще направлялась для консультации другими специалистами. Обычное физическое обследование (с использованием в части случаев теста Купера) показало, что хорошим оно являлось у 21 человека (18,1%), удовлетворительным — у 83 (71,5%) и плохим — у 12 (10,4%). Почти у 3/4 больных обнаруживали исхудание, пониженный тургор, мышечную вялость, а также проявления анемии и повышенное РОЭ.

Характерным явилось стоматологическое неблагополучие (71 человек — 62,1%), выразившееся в нарушении эмали, «стёртости» зубов, оголении шеек, пародонтозе или стоматите. У 6 человек (5,2%) выявлен эзофагит с изъязвлениями, а более половины больных (54,3%) страдали заболеваниями желудочно-кишечного тракта (гастритом, колитом). Многолетние жеватели ката, как правило, испытывали хронический запор, очень часто у них возникало болезненное вздутие живота. Такого рода расстройства, видимо, связаны с действием танинов, содержащихся в листья ката, но нельзя исключить и действие самого катинона.

Обращает на себя внимание тот факт, что все 60 больных с резекцией желудка в одном из региональных госпиталей являлись многолетними (более 15 лет) жевателями ката. Операция им была проведена по поводу однородной патологии — язвы пилородуоденальной зоны с пенетрацией в головку поджелудочной железы. Здесь же следует сказать, что анестезиологи отмечают при различной хирургической патологии особенности проведения многокомпонентного эндотрахеального наркоза у лиц, систематически употребляющих кат. Наблюдается видимая тенденция к устойчивости на введение анестетиков. Для достижения I–II хирургических стадий и нормальных условий для интубации требовалось введение несдонала в 1,5–2 раза большей дозы, чем у обычного контингента. При проведении наркоза для достижения II–III хирургических стадий дозу ингаляционного анестетика флуотана требовалось увеличить на 0,5 об. %. Течение наркоза в операционный период и время выхода не имели существенных особенностей у этой категории больных.

Однократный приём ката (при эпизодическом употреблении) сопровождается у мужчин кратковременным расстройством сексуальной функции, а систематический — приводит к её стойким нарушениям. Вначале кат оказывает диссоциированное действие, вызывая одновременно повышение либидо и нарушая полноценность эрекции у лиц зрелого возраста. Многолетнее его употребление вызывает у части больных (19 человек) импотенцию, которую не представляется возможным связать с иной причиной.

Так как у многих жевателей ката различного возраста обнаруживалось повышенное кровяное давление, были жалобы на неприятные ощущения в области сердца, «перебои в его работе», то специальному кардиологическому обследованию подверглись 26 больных молодого возраста (18–27 лет), жевавших систематически кат от 2 до 11 лет. Комплексное обследование включало определение динамики вегетативной регуляции режима сердечной деятельности (ритмограмму), некоторых показателей, отображающих биоэлектрические процессы в миокарде (ЭКГ, ПКГ), толерантность к физической нагрузке (эргометрию), расчёт показателей максимального поглощения кислорода, ударного и минутного объёмов сердца, величины периферического сопротивления. Контрольную группу составили 11 практически здоровых лиц, сопоставимые по возрасту и полу.

Анализ вегетативных сдвигов выявил у 80,8% обследованных явное симпатикотоническое преобладание; лишь у 7,7% преобладали ваготонические реакции; доминирование того или иного отделов вегетативной нервной системы не было выявлено в 11,5% случаев.

Электрокардиографически в 84,6% наблюдений обнаружено нарушение биоэлектрической активности миокарда: нарушение функции возбудимости — 69,2%, проводимости — 7,7%, изменение процессов деполяризации в миокарде — 42,3%. В 30,8% наблюдений последнее сочеталось с признаками гипертрофии левого желудочка сердца (ЭКГ).

Поликардиография показала тенденцию к гипокинезии миокарда у 53,3%, хотя явных признаков декомпенсации сердечной деятельности выявлено не было. При расчёте показателя уровня периферического сопротивления выявлена тенденция к его повышению у подавляющего числа обследованных.

Вторая группа больных, страдающих эфедроновой наркоманией, в отличие от первой, выявлена в условиях психиатрического стационара. Причиной госпитализации явились нарушения психотического или субпсихотического уровня или же стремление к наркологической помощи. Оценку их физического и соматического состояния проводили после минования психических нарушений и абстиненции.

Обращает на себя внимание общая мышечная слабость, дряблость и сухость кожи, бледность. Выражена быстрая утомляемость, непереносимость физических нагрузок. Последние сопровождаются сердцебиением, повышенной потливостью. У 7 больных отмечено устойчивое нерезко выраженное повышение систолического и диастолического уровня кровяного давления, а у остальных — неустойчивость или склонность к его снижению, т. е. дистония. Осмотр глазного дна не выявляет каких-либо отчётливых изменений.

У 9 человек были снижены вес и аппетит, которые постепенно восстановились. Больные, употреблявшие эфедрон орально, испытывали чувство тяжести или периодические боли в эпигастральной области. При обследовании выявлен гастрит (8 чел.) или колит, энтероколит (5 чел.), а в трёх случаях — воспаление нижней трети пищевода с серозным экссудатом и нерезкой инфильтрацией.

Кардиологическое обследование выявило у 11 больных приглушение I тона на верхушке и нерезкое расширение границ сердца. На ЭКГ обнаружены признаки нарушения возбудимости (9 чел.), проводимости (2 чел.) и процессов деполяризации в миокарде (7 чел.), а у 13 человек выявлена гипертрофия левого желудочка. Следует отметить, что вся эта группа больных требует более углублённого инструментального изучения состояния их сердечно-сосудистой системы, в частности процессов гемодинамики.

Часть больных (8 чел.) высказывала жалобы на периодическое снижение потенции. Вместе с тем, несмотря на цикличность расстройств, в целом все компоненты сексуальной деятельности (либидинозный, эрекционный и оргастический) обнаруживают наклонность к постепенной редукции.

Сопоставление обеих групп больных показывает, что систематическое употребление α-аминокетоновых стимуляторов (кат, эфедрон) приводит к целому ряду сходных нарушений. У них диагностируют функциональные сердечно-сосудистые нарушения (кардиопатию), в основе которых, видимо, лежит вегетативная разбалансированность, желудочно-кишечную патологию (эзофагит, гастрит, язву желудка, энтероколит), снижение репродуктивной функции, а также нарушение трофических процессов в целом. Выявленные нарушения важны как для проведения адекватной комплексной терапии, так и для понимания механизмов развития аминокетоновых наркоманий и сопровождающих их психозов.

Литература

  1. Темков И., Киров К. Клиническая психофармакология. — М.: Медицина, 1971. — 256 с.
  2. Гофман А. Г., Бориневич В. В., Черняховский Д. А. и др. Наркомании, токсикомании и их лечение: Методические рекомендации. — М.: МЗ СССР, 1979. — 42 с.
  3. Руководство по психиатрии / Под ред. А. В. Снежневского: В 2 т. — М.: Медицина, 1983. — Т. 2. — С. 328–341.
  4. Лукачер Г. Я., Врублевский А. Г., Ласков Н. В. и др. Эфедроновая наркомания // Журнал невропатологии и психиатрии им. С. С. Корсакова. — 1987. — Т. 87, вып. 5. — С. 751–757.
  5. Герасимов Н. П., Цымбал Е. И. Интоксикационные психозы при эфедриновой наркомании // Неотложная наркология: Тезисы докладов областной научно-практической конференции. — Харьков, 1987. — С. 244–248.
  6. WHO Expert Committee on Dependence-producing Drugs: 14th Report / WHO. — Geneva, 1965. — 20 p.
  7. Руководство по лекарственной зависимости / ВОЗ. — Женева, 1976. — С. 42–43.
  8. Sehorno X., Steinegger E. United Nations Document: MNAR/7/1978.
  9. Harris L. The stimulants and hallucinogens under consideration: a brief overview of their chemistry and pharmacology // Drug and Alcohol Dependence. — 1986. — Vol. 17. — P. 107–118.
  10. Бобков Ю. Г., Виноградов В. М. Фармакологическая коррекция умственной и физической работоспособности // Фармакологическая регуляция процессов утомления: Сборник научных трудов. — М., 1982. — С. 7–39.
  11. Schoot J. B., Ariens E. J., Rossum J. M., Hurmans J. // J. Azzmeimittel-Forsh. — 1962. — № 12. — P. 902.
  12. Bovet D., Bovet-Nitti F. Structure de activite pharmacodynamice des medicaments du systeme nervus vegetatif. — Paris, 1948.
  13. Кудрин А. Н., Воробьёв В. Г. Аминокетоны. — М.: Медицина, 1970. — 327 с.
  14. Glenon R. Discriminative stimulus properties of phenylisopropylamine derivatives // Drug and Alcohol Dependence. — 1986. — Vol. 17. — P. 119–134.
  15. Yanagita T. Intravenous self-administration of (–) cathinone and 2-amino-1-(2, 5 demethoxy-4-methyl)-phenylpropane in rhesus monkeys // Drug and Alcohol Dependence. — 1986. — Vol. 17. — P. 135–141.
  16. Комитет экспертов ВОЗ по лекарственной зависимости: 22-й доклад / ВОЗ. — Женева, 1987. — 31 с.
  17. Bragina A., Bragin R. Social and medical consequences of khat-chewing and ways of prophylaxis // Collections of research works of USSR Red Cross Dejazmatch Balcha Hospital in Addis Abeba. — Addis Abeba, 1982. — 10th issue. — P. 97–99.
  18. Bragina A., Bragin R., Abdi A. et al. Physical state of patient systematically using khat (Catha edulis) // Collections of research works of USSR Red Cross Dejazmatch Balcha Hospital in Addis Abeba. — Addis Abeba, 1983. — P. 56–57.
  19. Брагин Р. Б., Брагина А. И. Сексуальные расстройства при употреблении листьев ката и их связь с психическими расстройствами и патологической ревностью // Социально-психологические и медицинские аспекты брака и семьи: Тезисы докладов III областной научно-практической конференции сексопатологов. — Харьков, 1987. — С. 275–277.


© «Новости украинской психиатрии», 2002
Редакция сайта: editor@psychiatry.ua
ISSN 1990–5211